Евгений Степанов, ICL Техно: Мы закрываем практически всю линейку вычислительной техники

«Для нас важно, чтобы заказчики и пользователи не просто были удовлетворены работой техники, но и получали комфорт от ее использования»

CNews: В последние годы российский рынок вычислительной техники заметно изменился. Как эти перемены повлияли на стратегию развития ICL Техно и какие новые задачи они поставили перед компанией?

Евгений Степанов: Мы, на самом деле, взяли курс на импортозамещение и более глубокую локализацию производства еще раньше, но в 2022 году он просто стал более явно выраженным. Этого курса мы и продолжаем придерживаться.

Если говорить о стратегии, компания ICL Техно входит в число лидеров среди производителей вычислительной техники в России. Наша задача — сохранять эти позиции, постоянно развивать и производить оборудование, которое соответствует современным требованиям и тенденциям. Для нас важно, чтобы заказчики и пользователи не просто были удовлетворены работой техники, но и получали комфорт от ее использования.

Конечно, 2025 год оказался непростым, и, думаю, это касается в целом всего российского бизнеса. Такие условия вносят коррективы: приходится пересматривать инвестиционные программы, планы, чтобы сохранять устойчивость и прибыльность. В конечном счете развитие компании напрямую зависит от тех результатов, которые мы получаем от реализации наших проектов.

CNews: ICL Техно — один из немногих российских производителей, имеющих собственные производственные мощности. Как сегодня развивается производственная площадка компании и какие направления модернизации для вас приоритетны?

Евгений Степанов: Почти два с половиной года назад мы открыли новый завод: запустили линии пайки электронных плат, увеличили сборочные мощности, серьезно расширили испытательную лабораторию. Также заметно выросла команда инженеров-разработчиков, проектировщиков, конструкторов.

За это время стало понятно, что тех площадей и цехов, которыми мы сейчас располагаем, в перспективе будет недостаточно. В ближайшие год–два мы еще сможем наращивать выпуск в текущем формате, но дальше потребуется строить новые производственные мощности.

Это связано в том числе с процессом локализации: постоянно появляется новое оборудование. Если два года назад, например, у нас не было станков для обработки металла или пластика, то сейчас они есть. Появился и целый ряд 3D-принтеров. Под такие направления уже нужны отдельные помещения, с другими требованиями, чем для основного производства компьютеров — в том числе по классу чистоты.

Поэтому еще год назад мы приняли решение о расширении. Республика Татарстан выделила нам дополнительный участок рядом с действующим заводом в особой экономической зоне «Иннополис». Точные сроки строительства пока называть рано — сейчас идет этап проектирования.

CNews: Российский рынок ИТ-оборудования активно перестраивается после ухода части зарубежных поставщиков. Как, на ваш взгляд, изменилась структура спроса на вычислительную технику и какие сегменты сейчас растут быстрее всего?

Евгений Степанов: В 2022–2023 годах мы увидели резкий всплеск спроса со стороны российских заказчиков — это было связано с уходом части зарубежных игроков. При этом важно отметить, ряд иностранных компаний по-прежнему присутствует на нашем рынке.

Тем не менее спрос на отечественную продукцию тогда заметно вырос — и не только в сегменте вычислительной техники, но и в целом по другим отраслям. Сейчас ситуация изменилась: спрос скорее выровнялся, а в отдельных сегментах даже снизился. Это во многом связано с текущими экономическими условиями — бюджеты сокращаются, рынок в целом сжимается.

В этих условиях мы не просто наблюдаем за происходящим, а ищем новые направления для применения нашего оборудования. За последний год мы сделали акцент не на государственном секторе, а на коммерческих компаниях — тех заказчиках, для которых важны качество, надежность и высокий уровень сервисной поддержки. В частности, мы активно работаем с крупными корпоративными клиентами.

«Создание нового продукта — достаточно длинный и ресурсозатратный процесс»

CNews: Компания развивает линейку ноутбуков, планшетов и другой вычислительной техники. Какие новые продукты или направления вы считаете ключевыми для развития ICL Техно в ближайшие годы?

Евгений Степанов: Если говорить в целом, мы закрываем практически всю линейку вычислительной техники. У нас есть ноутбуки — здесь, пожалуй, у нас один из самых широких модельных рядов среди российских производителей. ICL Техно также развивает направление планшетов, серверов и систем хранения данных. Не работаем, пожалуй, только в сегменте коммутаторов, но и здесь внимательно смотрим на рынок.

Отдельно можно отметить, что около полутора лет назад мы освоили производство мониторов. Также наша компания развивает направление интерактивных панелей — мы всегда присутствовали в этом сегменте, просто раньше не делали на нем акцент.

Важно понимать, что создание нового продукта — достаточно длинный и ресурсозатратный процесс: разработка, изготовление опытных образцов, тестирование, испытания, разработка программного обеспечения и базовых компонентов, которые позволяют продукту быстрее интегрироваться в рынок. Это требует серьезных инвестиций.

С учетом текущей ситуации и того, что рынок в целом сжимается, к развитию новых направлений мы подходим более взвешенно и аккуратно. При этом стратегически ICL Техно продолжает двигаться в сторону углубления локализации.

Мы уже разработали собственные модули памяти, сетевые карты, мыши. Причем даже пластик для мышей отливается в России из отечественного сырья.

CNews: Один из важных вопросов для российских производителей — включение техники в реестр Минпромторга. Насколько сложным остается этот процесс и как он влияет на продуктовую стратегию компании?

Евгений Степанов: С одной стороны, процесс действительно непростой. Но, если смотреть на последние пару лет, в реестре появилось порядка сотни новых производителей компьютеров. Это говорит о том, что сам механизм работает и в целом доступен для компаний.

Но есть и обратная сторона: на рынке появляются участники, которые используют одну реестровую запись для участия в большом количестве конкурсов с разными требованиями к оборудованию. В этой связи, на мой взгляд, процесс мог бы быть более строгим — в части проверки соответствия заявленных характеристик реальной продукции.

Отдельный момент — регуляторные изменения. Требования к включению в реестр постоянно обновляются. Процесс естественный и правильный, но не всегда информация об изменениях своевременно доходит до производителей, а иногда — и до экспертов, которые проводят оценку. В результате возникают рабочие сложности: приходится дорабатывать документы, подтверждать отдельные параметры. Это нормальная практика, но здесь важно, чтобы изменения и их трактовка были более предсказуемыми.

Если говорить о результатах, по многим продуктам мы находимся в числе лидеров по количеству баллов в реестре.

CNews: В последние годы вы активно развиваете собственные разработки и локализацию компонентов. Какие технологические компетенции сегодня особенно важны для развития российского производства вычислительной техники?

Евгений Степанов: Из нашего опыта последних лет можно сказать, что в стране по-прежнему не хватает квалифицированных разработчиков электроники, прежде всего инженеров-разработчиков. Поэтому таких специалистов нам во многом приходится выращивать самостоятельно.

Есть и вторая часть — производственная. Здесь также ощущается дефицит хороших технологов и операторов сложных линий, связанных с монтажом и пайкой. Это достаточно узкие компетенции, и на рынке их немного.

Мы активно работаем с вузами, отбираем перспективных специалистов и стараемся быстро обучать их под наши задачи — как в части разработки, так и в части производства. Нам важно, чтобы они могли либо заниматься проектированием новых устройств, либо работать на производственных линиях.

Отдельно стоит отметить, что нам постоянно приходится разрабатывать собственное программное обеспечение — в том числе базовые системы, такие как BIOS (базовая система ввода-вывода). И специалистов, которые обладают такими компетенциями, на рынке тоже немного.

Но в целом рынок развивается, и, думаю, со временем ситуация будет выравниваться.

«С точки зрения безопасности в России достаточно производить ключевые элементы — прежде всего чипы»

CNews: Насколько реалистичным вы считаете формирование полноценной экосистемы отечественной вычислительной техники в ближайшие годы?

Евгений Степанов: Такой сценарий пока мне не кажется реалистичным. Ключевой элемент здесь — центральный процессор. До тех пор, пока в России не появится производство чипов, отвечающее современным технологическим нормам, говорить о полноценной отечественной экосистеме, на мой взгляд, преждевременно.

При этом важно понимать и состав самой техники. Например, материнская плата ноутбука включает более тысячи компонентов — это более четырехсот различных номиналов: резисторы, диоды, конденсаторы и так далее. И нет уверенности, что есть смысл стремиться производить все это в России.

Сегодня такие компоненты в больших объемах производятся в Китае — речь идет о сотнях миллионов единиц. И нужно оценивать, насколько экономически целесообразно создавать такие производства внутри страны, учитывая стоимость этих компонентов и ограниченность внутреннего рынка.

CNews: То есть формирование полноценной экосистемы не должно быть самоцелью?

Евгений Степанов: Конечно, нет. С точки зрения безопасности достаточно производить ключевые элементы — прежде всего чипы. Нет необходимости локализовывать в России всю массу пассивных компонентов. Их разумнее закупать на внешнем рынке.

CNews: Насколько важную роль в развитии отечественного аппаратного рынка играют партнерства — например, сотрудничество с разработчиками операционных систем и программных платформ?

Евгений Степанов: Это очень важное направление, и мы еще до активного этапа импортозамещения сотрудничали с ведущими разработчиками программного обеспечения.

В первую очередь речь идет об операционных системах и прикладных продуктах. На практике операционная система, которая хорошо работает на одном устройстве — скажем, на ноутбуке, — может требовать доработки для другого — скажем, для планшета. Поэтому всегда требуется адаптация: нужно настраивать, дорабатывать, изменять программный образ под конкретное устройство.

Возникает и множество вопросов совместимости — не только с операционными системами, но и с прикладным программным обеспечением. При этом один и тот же продукт может показывать разную производительность на разных устройствах. Поэтому мы постоянно взаимодействуем с партнерами, проводим тестирования и оформляем сертификаты совместимости, подтверждающие корректную работу оборудования и программных решений.

Также, когда ICL Техно начала разрабатывать собственные материнские платы, мы пришли к необходимости создания собственного BIOS. При этом специалистов в этой области немного, и разработка идет не так быстро, как хотелось бы. Поэтому мы привлекаем к работе проверенные компании и часть задач передаем им, поскольку не всегда можем закрыть все своими силами в нужные сроки.

CNews: Если смотреть на горизонт ближайших нескольких лет, какие технологические направления и продуктовые категории вы считаете наиболее перспективными для дальнейшего развития ICL Техно?

Евгений Степанов: В целом любая технологическая компания стремится двигаться в сторону более сложных и высокотехнологичных решений. Для нас это, прежде всего, серверный сегмент и системы хранения данных. Особенно с учетом того, как активно сейчас развивается искусственный интеллект.

Под это направление формируется отдельный класс оборудования, и уже появляется все больше продуктов, которые действительно помогают и бизнесу, и государственным заказчикам, и конечным пользователям. По мере того как таких решений становится больше и они переходят из количества в качество, можно ожидать серьезного роста спроса на инфраструктуру для искусственного интеллекта.

CNews: Как в этой логике меняется роль ИИ в работе компании и какие практические задачи он уже помогает решать?

Евгений Степанов: В портфеле группы компаний ICL уже есть продукты, где задействован ИИ: это и машинное зрение, и распознавание речи, и автоматизация отдельных операций — например, сверки данных или их сопоставления. На практике они позволяют выполнять за минуты, если не за секунды, задачи, которые раньше занимали дни или недели.

Кроме того, мы применяем эти технологии и внутри компании. Сейчас мы внедряем искусственный интеллект, чтобы упростить и частично автоматизировать задачи, связанные с выстраиванием логистической цепочки. Также видим потенциал применения и в более простых процессах, в частности, в бухгалтерии — в части сверки данных с поставщиками и партнерами. В целом мы внимательно смотрим на эти технологии и планируем их активно использовать.

Источник: CNews